Антимонопольный дозор

Продажа долей после 253-ФЗ: какие новые пользовательские и аналитические сценарии должны появиться у банкротной ЭТП Сегодня ненадолго отодвинем картели в сторону и поговорим об электронных торговых площадках. С 1 января 2028 года 253-ФЗ меняет порядок продажи долей в банкротстве. Для ЭТП это не только новая редакция регламента. Меняется сам пользовательский маршрут: появляются юридически значимые действия до публикации торгов, отдельные сценарии после их завершения, необходимость связывать первоначальные и последующие процедуры и по-новому учитывать результат торгов и последующее заключение договора. Эти изменения напрямую затрагивают и арбитражных управляющих, поскольку новая модель продажи доли требует учитывать дополнительные действия еще на этапе подготовки процедуры. Необходимо правильно выстроить уведомление участников долевой собственности, учесть возможность приобретения доли до первоначальных торгов, а в предусмотренных законом случаях — и после их завершения. Ошибка в сроках, последовательности действий или оформлении результата может повлиять на всю процедуру реализации имущества. Для операторов ЭТП вопрос еще шире. Если новые правила останутся только в тексте регламента, а карточка лота, статусы, алгоритмы и структура данных продолжат работать по прежней модели, площадка столкнется с ручными обходными сценариями, ошибками пользователей и искаженной аналитикой. В Дзене подробно разобрала, какие новые пользовательские и аналитические сценарии должны появиться у банкротной ЭТП, что прямо следует из Закона о банкротстве, а что относится уже к продуктовой и технической реализации со стороны оператора.

300,2 млн рублей: нужно ли предписание ФАС для взыскания дохода от картеля? ФАС установила картель, компании получили административные штрафы, но предписание о перечислении дохода в бюджет антимонопольный орган не выдавал. Может ли прокуратура потребовать взыскания денег при таких обстоятельствах? Именно этот вопрос возник в деле № 4-КГПР25-76-К1. Заместитель Генерального прокурора потребовал взыскать 300 223 529,66 рубля, полученные по контрактам в результате сговора на 82 аукционах по поставке и монтажу оборудования. Картель был установлен решением УФАС и подтверждён судебными актами; в отношении одного из участников имелся обвинительный приговор. Первая инстанция удовлетворила иск. При повторном рассмотрении апелляция отказала, кассация поддержала отказ. Суды исходили из предусмотренной ч. 3 ст. 51 Закона о защите конкуренции последовательности: предписание ФАС, его неисполнение, затем судебное взыскание. Дополнительно апелляция отвергла квалификацию картеля и контрактов как ничтожных сделок. Верховный Суд признал этот подход ошибочным. С учётом установленных обстоятельств соглашение и заключённые во исполнение картеля контракты получили оценку по ст. 169 ГК РФ как сделки с заведомо антисоциальной целью. Возможность взыскания дохода ВС связал также с ч. 3 ст. 51 Закона о защите конкуренции. Административные штрафы не исключили имущественного взыскания, компенсаторный характер которого суд разграничил со штрафной ответственностью. Определением от 27.01.2026 ВС отменил апелляционное и кассационное определения и направил дело на новое апелляционное рассмотрение. Окончательно 300,2 млн рублей этим определением не взысканы. Для защиты здесь необходимо разграничивать предусмотренный законом порядок исполнения предписания ФАС и основания конкретного иска прокурора. Возражение об отсутствии предписания отвечает лишь на часть вопросов. Если требования обоснованы также недействительностью сделок, позиция ответчика должна содержать оценку этих оснований: какие обстоятельства истец считает подтверждением противоправной цели, к каким контрактам их относит и какими доказательствами связывает полученные деньги с установленным соглашением. При этом выводы по рассмотренному делу нельзя превращать в правило об автоматическом взыскании всей выручки с любого участника картеля. Для оценки требований необходимо проверить состав ответчиков, индивидуализацию контрактов, фактические поступления и расчёт суммы. Отдельного анализа требует вопрос, какие обстоятельства уже установлены вступившими в силу судебными актами, а какие истцу ещё предстоит доказать. Позиция по такому спору должна отвечать на основания взыскания по существу. Отсутствие предписания ФАС не устраняет необходимость исследовать гражданско-правовую квалификацию сделок и доказательства, которыми прокуратура обосновывает имущественные требования. 🗣 Антимонопольный дозор

Один участник признал картель. Что это означает для остальных? До определённого момента несколько компаний могут одинаково оценивать перспективы антимонопольного дела: договорённости не доказаны, совпадения объяснимы, основания для признания нарушения отсутствуют. Затем один из ответчиков меняет позицию и сообщает ФАС, что соглашение было, называет его участников, описывает распределение закупок и передаёт переписку. Для остальных компаний возникает вопрос: есть ли смысл продолжать защиту, если один из участников уже всё признал? Смысл есть. Но появление такого заявления требует пересмотра позиции с учётом новых доказательств. ФАС получает объяснение обстоятельств, которые прежде могла устанавливать по отдельным косвенным признакам. Переписка, платежи и поведение на торгах могут получить дополнительное объяснение через сведения о предполагаемых договорённостях. Поэтому продолжать ссылаться исключительно на отсутствие письменного соглашения или прямых доказательств становится особенно рискованно. При этом интересы ответчиков могут существенно разойтись. Компания, которая обращается с добровольным заявлением, может рассчитывать на освобождение от административной ответственности. Примечание 1 к статье 14.32 КоАП РФ предусматривает такую возможность для лица, первым выполнившего все установленные условия. Значение имеют сведения, которыми ФАС располагала на момент обращения, прекращение участия в соглашении и достаточность представленных материалов для установления события правонарушения. Одного признания для освобождения недостаточно. Следовательно, решение одного ответчика признать нарушение может отвечать его собственным интересам. У других компаний будут иные обстоятельства: другой период участия, другой объём доказательств, другая предполагаемая роль. Повторение чужой позиции не гарантирует аналогичного результата. Признание также может содержать сведения, с которыми остальные ответчики категорически не согласны: кто предложил договориться, кто определял победителей, кому направлялись указания, какие закупки охватывало соглашение. Согласие с общей формулировкой «картель был» способно затронуть гораздо больше обстоятельств, чем компания намеревалась подтвердить. Заявитель вправе признать собственное участие, но его объяснения о других компаниях подлежат проверке. Обязанность установить запрещённое соглашение и состав его участников сохраняется за ФАС. Этот подход закреплён в п. 21 постановления Пленума ВС РФ от 04.03.2021 № 2. Поэтому после появления признания необходимо изучить точный текст заявления и приложенные материалы. Существенная разница существует между сообщением о конкретной договорённости двух компаний и утверждением об участии всех ответчиков во всех закупках за несколько лет. Проверять нужно именно те обстоятельства, которые заявитель относит к вашей компании, сопоставляя их с документами и ранее представленными объяснениями. Решение о собственной позиции требует отдельной оценки. Чужое признание может усилить доказательства ФАС, выявить противоречия в прежней защите или показать, что роли компаний изначально описывались неточно. Но вывод «теперь всем нужно признать нарушение» из него не следует. Стратегия, которая позволяет одному участнику рассчитывать на освобождение от ответственности, для другого может означать признание обстоятельств, которые ФАС ещё предстояло доказать. 🗣 Антимонопольный дозор